Ежедневные архивы: 15.05.2015

Большое место в жизни удмуртской деревни играли календарно-обрядовые праздники, связанные с важными этапами сельско-хозяйственных работ. Обрядовое содержание календарных праздников состояло из жертвоприношений, молитвенных и песенных заклинаний (куриськон), различных магических действий, призванных отвести несчастья и неудачи, обеспечить плодородие земли и скота, здоровье членов семьи, в целом хозяйственное и семейное благополучие крестьянина. После официальной обрядовой части следовала развлекательная: веселое народное гуляние с хороводами, играми, пляскам. Подготовка и проведение праздников санкционировалось общиной. С переходом удмуртов в православие древние аграрно-магические обряды испытали его заметное влияние. В конце 19 в. их проведение чаще приурочивалось к дням церковных праздников, напр.: к рождеству, крещению, пасхе, троице и др. Постепенно и названия традиционно удмуртских праздников были заменены церковными или использовались наравне с ними. При этом в содержании они сохранили существенную часть дохристианской народной обрядности.

В дни зимнего солнцестояния, называемого вожодыр, отмечали праздник толсур. На него назначали свадьбы, приглашали гостей. Характерными элементами этих дней были ряженье и гадания. Завершался период обрядом проводов всяких злых духов-вожо (вожо келян). Весело праздновали масленицу. Ее характерные черты – валяние в снегу, катание на всевозможных средствах с гор, на лошадях по улицам, на прялке во дворе, чтобы конопля длинной росла. Обрядами отмечали весеннее пробуждение природы и начало года земледельца. Распустившимися ветками вербы ударяли слегка весь скот, чтобы он плодился, клали ветки в короба, в к-рых утки и гуси высиживали птенцов. Разнообразные обряды связаны с великим четвергом: на ночь на столе оставляли хлеб, соль, к дверным и оконным косякам прикалывали можжевеловые или рябиновые ветки, клали металлические предметы, очерчивали металлическим предметом двор, утром мылись в бане, прыгали во дворе через костер, окуривали помещения, окликали и пересчитывали скот. Устраивали веселье по поводу вскрытия реки (йќ келян) и в честь первых проталинок (гуждор шыд). Самый важный праздник – гырыны потон или акашка, позднее пасха – посвящался началу весенней страды. В ряде южных районов помнят еще приуроченную к этому дню обрядовую мелодию, к-рую пели один раз в год. В разных местах акашку отмечали от 3 до 7 дней, каждый из которых имел свое название и обрядность. В эти дни сначала парни, затем девушки отмечали свое совершеннолетие. Завершению весенне-полевых работ и распустившейся зелени посвящали праздник, называемый в разных местах гербер, гужем юон, куарсур. Проводили обряды благодарения (бусы вќсь) и народные гуляния. В засушливое лето выполняли магический обряд вызывания дождя (зор курон). Праздники осеннего цикла посвящены приготовлению каши и хлеба из нового урожая (выль љук), окончанию уборочных работ (сћзьыл юон), началу забоя скота (выль шыд). Некоторые развлечения приурочивались к определенным праздникам (игры с яйцами – в пасху, качели – от пасхи до троицы, ряженье – осенью в святки), другие – песни, пляски, игры – были неотъемлемой частью любого празднества.

С древности развито декоративно-прикладное искусство: керамика, изделия из кости, бронзовые украшения. Фрагменты вышитых изделий найдены в могильниках 9 – 12 вв. В 19 в. вышивали на холсте шерстяными, гарусными, шелковыми, х.-б. нитками, мишурой. Традиционный узор геометрический. В цветовой гамме преобладали насыщенные, темные тона, полученные благодаря природным красителям. Пользовались небольшим количеством цветов, часто контрастирующих: красного, черного, коричневого на белом фоне. Вышивка южных удмуртов под влиянием тюркоязычных соседей в конце 19 в. стала более полихромной. Характер орнаментации и композиции рисунка зависели от типа одежды, ее назначения и локализации узора. Наиболее характерные традиционно вышитые изделия – рукава женских рубах и съемные нагрудники – кабачи. В настоящее время традиционная вышивка утрачена, ее образцы являются достоянием музеев.

В конце 19 в. распространяется узорное ткачество и постепенно вытесняет вышивку. В закладной, браной, многоремизной технике ткали ткани для одежды и украшения жилища: ковры, дорожки, покрывала, занавески, декоративные полотенца. Узорное тканье живет и в наши дни: ткаными изделиями украшают жилище. Узорное вязание – чулки, носки, варежки, запястья, головные уборы. Художественная обработка дерева – долбление, резьба, выпиливание, обточка, плетение, тиснение на бересте – применялись при изготовлении разнообразной домашней утвари; с нач. 20 в. резьбой стали украшать фронтоны домов, наличники окон и ворота.

Семыкские игры. Театр фольклорной песни «АЙКАЙ»

В устном народном творчестве – мифы о возникновении земли, человека, различных животных, предания о древней истории народа, богатырях-родоначальниках, сказки, пословицы, поговорки, загадки. Начиная с загадок о человеке, постепенно расширяли тематику: загадывали о предметах, находящихся дома, во дворе, в деревне, поле, в лесу, о природных явлениях и небесных телах. Главное место в  фольклоре занимало песенное творчество (кырњан, мадь, крезь). У. более всего выражал себя в песнях, складывая их по разным поводам. В литературе зафиксированы ритуальные песни охотника и пчеловода, у северных удмуртов – специальные похоронные мелодии (ватон крезь). В разных локальных традициях свои свадебные, рекрутские, солдатские песни. Есть сиротские песни о несчастной доле. Молодежь распевала лирические, игровые, плясовые песни. С песнями встречали и провожали гостей, или обменивались как подарками. По народным представлениям, человек, умеющий говорить, должен и петь. В то же время бытовало мнение, что искусство пения – это печать несчастного человека.

Танец удмуртов Алнашского района в исполнении фольклорно-этнографического ансамля «Чипчирган»

Самые простые танцы – хождение по кругу с танцевальными движениями (круген эктон) и парный перепляс (ваче эктон), женский танец ширъян, плавный, спокойный, без резких движений, фигурные танцы типа кадрили, называвшиеся по кол-ву танцоров: танец втроем (куинен эктон), вчетвером, вшестером. Пение и танцы сопровождались игрой на муз. инструментах: гуслях (крезь), варгане (ымкрезь, ымкубыз), свирели и флейте из стеблей растений (чипчирган, узьы гумы), волынке (быз, кубыз). Бытовали также свистульки (шулан, чипсон), трещотки (такыртон), рожки (тутэктон). С конца 19 в. древние инструменты вытесняют гармонь, скрипка, балалайка, гитара. Музыка звучала на всех празднествах, свадьбах, хороводах.

В конце 1980-х гг. возросло национальное движение удмуртов, вызванное усилением национального самосознания, либерализацией социально-политической жизни в стране. Инициатором выступил «Клуб удмуртской культуры» (создан в 1988 г.), на базе которого возникло «Общеество удмуртской культуры» (1989 г.). В 1991 г. создана Всеудмуртская ассоциация «Удмурт кенеш» во главе с президентом, в 1992 г. – удмуртская молодежная организация «Шунды» («Солнце»).

Текст: 

проф., д.и.н. В. Владыкин, 

д.и.н. Л. Христолюбова

Назад к списку

После падения в Нижнем Поволжье Хазарского каганата с иудейскими правителями, в Волго-Камье Булгарского государства, Золотой Орды и ее детища Казанского ханства, начался приток русского населения на Вятку и в Прикамье, где жила основная масса удмуртов.

В XVI–XVII вв. известны случаи принятия христианской веры отдельных семей удмуртов, иногда целых селений, округов. Активно шло крещение в среде приказанских удмуртов и северных удмуртов, живущих вокруг городов Хлынова (совр. Киров), Слободского, Шестакова. Так, в 1557 г. приняли крещение 17 семейств Сырьянской волости Слободского уезда. Но вскоре новокрещены обрусевали (привятские) или входили в состав татар-крещен (приказанские удмурты). В то же время, судя по Ландратской переписи 1716 г. на территории современной Удмуртии крещенных удмуртов было всего 14 человек (в 2 деревнях современного Кизнерского района).

Переломным моментом в деле христианизации удмуртов и других народов Волго-Камья явился указ царицы Анны Иоанновны от 11 сентября 1740 г., по кото-рому в Казани была создана контора новокрещенских дел – Новокрещенская контора. 14 июля 1741 г. открылся первый приход среди новокрещеных удмуртов – в д. Елово современного Ярского района. К началу XIX в. почти 90% удмуртов были крещены. Сопротивляющиеся принятию христианской веры уходили на Урал, в башкирские земли.

Одно дело принять крещение, а другое – постичь суть христианства. Что делать, если народ, принявший крещение, не зная языка Библии и богослужебной литературы?

В этот чрезвычайно важный период в истории духовного просвещения удмуртского народа в Казани появился подвижник-миссионер Василий Григорьевич Пуцек-Григорович, будущий Преосвященный Вениамин, митрополит Казанский и Свияжский (1706–1788 гг.), выпускник Казанской Духовной академии (1732 г.).

В научных кругах митрополит Вениамин (Пуцек-Григорович) известен как ученый священнослужитель, просветитель-миссионер, стоявший у истоков трех грамматик – чувашского, удмуртского, марийского языков и как автор или соавтор первых стихотворных опытов на этих языках.

ССтараниями великого просветителя, проповедника и миссионера для детей удмуртского и других народов России в городах Казани, Свияжске, Елабуге были открыты первые школы, из них вышли первые грамотные люди, несущие Слово Божие к своим народам. С 1750 по 1774 годы в этих школах обучалось 29 удмуртских мальчиков.

По примеру крестителя и просветителя родственных по происхождению удмуртам коми-зырян святителя Стефана Великопермского и других миссионеров началось создание письменности для народов Волго-Камья. Под его непосредственным руководство и при его участии написана первая грамматика «Сочиненiя принадлежащiя къ грамматике вотского языка».

Даны труд был издан в Санкт-Петербурге при Императорской Академии наук в 1775 г.

«Сочиненiя…» — золотая для удмуртского народа книга, она послужила основой формирования удмуртской письменной культуры, от нее берут начало все другие грамматики удмуртского языка – Ф. И. Видемана, Д. В. Бубриха, А. И. Емельянова, Г.Е Верещагина, И. В. Яковлева и др. С этого времени начали появляться первые произведения духовной религиозной и художественной литературы.

Минуя множество искушений и преград, к сожалению, только в 1847 году вышли Евангелие от Матфея и Марка на Глазовском наречии и Евангелия от Матфея на Сарапульском наречии. Это были первые книги на удмуртском языке — священные книги, подготовленные и изданные Православной Церковью.

В святое дело по переводу книг Священного Писания свою лепту внесли и западные христиане. Так, из годовых отчетов Британского и Иностранного Библейского общества (БИБО), по данным доктора Б. Араповича, об удмуртских переводах Евангелий сообщается в отчетах за 1879, 1880, 1881, 1883, 1890гг. и т. д.

Из отчета за 1879 г. узнаем о том, что доктор Аминофф из Фредериксгамна (Финляндия) с помощью Нолимна (фамилия не разборчива: ~Налимин~Налимной?), вотяцкого учителя, готовит перевод святого Евангелия от Матфея для этого Общества на основе существующей версии. В отчете за 1880г. сообщается о том, что Евангелие от Матфея, подготовленное доктором Аминоффом с помощью туземного учителя, теперь завершено, и доктор Аминофф собирается взять его летом с собой в страну вотяков, чтобы выяснить доступно ли оно народу. Численность народа, для которого этот Евангельский текст подготовлен, составляет 200 тыс. человек, и господин Никольскон стремится к тому, чтобы Четвероевангелие было переведено на их язык полностью.

Из отчета за 1881 г. узнаем о том, что Евангелие от Матфея, переведенное доктором Аминоффом, было тщательно прорецензировано академиком Ф. И. Видеманном и будет напечатано летом для Комитете в Хельсинки или в Санкт-Петербургской Академии. Одна версия Евангелия от Матфея была опубликована принцем Л. Л. Бонопартом фонетическим шрифтом в 1863 г. В отчете за 1883 г. сообщается уже о том, что Евангелие от св. Матфея, переведенное доктором Аминоффом и пересмотренное, исправленное академиком Видеманом, теперь опубликовано.

Итак, у истоков формирования удмуртской письменности и перевода книг Священного Писания, Богослужебной, духовной литературы, стояли священнослужители Православной Церкви, в первую очередь, это – митрополит Казанский и Свияжский Вениамин (Пуцек-Григорович) со своими учащимися-удмуртами (60-70-е годы XVIII в.). Огромную лепту в это святое дело внесли священнослужители Захарий Кротов, Михаил и Иоанн Мышкины, Михаил Могилин и др. (80–90 годы XVIII в.)

В начале и середине XIX в. в просвещение удмуртского народа Словом Божиим подключились финно-угорские ученые: академик Ф. И. Видеман (эстонец), доктор Т. Г. Аминофф (финн) и др. Самое важное то, что в этом святом деле участвовали уже и сами удмурты: Левандовский и Налимн (?Налимин~Налимнов).

К сожалению, об их судьбе, об их деятельности, кроме тех кратких упоминаний в отчетах Британского и Иностранного Библейского общества, пока другими сведениями мы располагаем. История перевода книг Священного Писания на удмуртский язык ждет более подробного исследования.

До революции 1917 г. на удмуртском языке издано около 400 произведений, значительную часть которых составляли текста Священного Писания, богослужебная, духовная, нравоучительная литература. Следует сказать, что из Нового Завета были переведены только Евангелия, причем на диалектах: на глазовском (северное наречие), сарапульском (срединные говоры) и на казанском (периферийно-южное наречие), а из Ветхого Завета – лишь небольшое количество псалмов. Язык тех переводов, конечно был далек от совершенства.

Наиболее удачным и самым читаемым был перевод И. С. Михеева «Святого Евангелия от Матфея, Марка, Луки и Иоанна» на удмуртский язык, осуществленный в 1904 г., переизданный в 1912 г. в Казани и в 1973 г. в Стокгольме (Швеция).

С началом октябрьской революции издание библейской, богослужебной литературы прекратилось, более того, то, что было издано, уничтожалось. Так длилось до начала 90-х годов ХХ в.
С получением в 1991 году Институтом перевода Библии из Хельсинки благословения на мое имя от Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II начался новый этап в переводе книг Священного Писания, а также богослужебной и другой духовной литературы на современный удмуртский литературный язык.

В конце 1991 г. в Финляндии издали Евангелие от Марка, которое я тайком перевел еще в коммунистические времена, работая в НИИ при СМ УАССР.

К данному времени переведены и изданы Четвероевангелие (1992 г.), Псалтирь (1994 и 1999 гг.), Деяние апостолов (1996 г.), Новый Завет (1997 г.), Детская Библия (2001 г.), Паремии (2003 г.), Библейские рассказы (2003 г.), Святое Евангелие (богослужебное – 2003 г.), Книга пророка Ионы (2004 г.), Книга пророка Исаии (2005 г.), Книга Царств (2006 г.).

Кроме книг Священного Писания, помимо Института перевода Библии, по благословении. Правящего Архиерея Ижевской и Удмуртской епархии Митрополита Николая (Шкрумко) переведены и изданы Молитвослов (выдержавший 7 переизданий), Акафистник (1994 г.), Часослов (1998 г.), Канонник (2000 г.), Литургия по чину св. Иоанна Златоуста и Василия Великого (2001 г.), Великая вечерня. Утреня (2002 г.), Последования панихиды, литии. Последование погребения (2003 г.), краткие проповеди на евангельские темы: «Инмаре, жаля монэ, сьолыкоез» («Боже, милостив буди мне, грешному», 1995 г.) и «Оскон, оскиськон, яратон» («Вера, надежда, любовь», 2000 г.), книгу очерков о благочестивых удмуртах христианах (Кылё тодэм калыкъёс, 2004 г.) и другие.

Назад к списку